По уголовному делу, возбужденному по случаю домашнего насилия 09.03.2016 г. в прокуратуре Лорийской области Э.Е. было предъявлено обвинение по п.3 и п.6 ч.2 ст. 119 УК РА за то, что он будучи в супружеских отношениях с 26.06.2015г. по 12.11.2015г. с А. С., в отношении последней проявил определенную жестокость, умышленно причиняя душевные и физические страдания.

 

В результате расследования уголовного дела, приговором суда общей юрисдикции первой инстанции Лорийской области обвинение, предъявленное Э.Е. по п.3 и п.6 ч.2 ст. 119 УК РА было переквалифицировано, а апелляционная жалоба, представленная обвинителем против приговора была отклонена.

 

Заместителем генерального прокурора РА была представлена кассационная жалоба против постановления Апелляционного уголовного суда РА, постановлением, вынесенным в результате расследования которого, Кассационный суд РА соглашаясь с аргументами прокуратуры выразил правовые позиции, имеющие прецедентное значение относительно материальной зависимости потерпевшего от преступника, а также криминальной характеристики действий преступника, совершаемых с жестокостью, которые имеют важное значение для уголовных дел домашнего насилия.

 

 В частности Кассационный суд основываясь на подходах ЕСПЧ к жестокому обращению, обсудил вопрос о степени тяжести физической боли или душевных страданий и отметил, что каждый случай причинения сильной физической боли или серьезных душевных страданий сам по себе имеет черты жестокости; однако особая жестокость - это высокая степень проявления безжалостности, беспощадности, которая сочетается с совершением опасного для общества деяния, направленного на то, чтобы вызвать у жертвы особо мучительное чувство.

 

В этом контексте оценив доказательства, приобретенные по уголовному делу, Кассационный суд РА отметил, что констатируя отсутствие признаков нанесения серьезных душевных страданий, нижестоящие суды не дали надлежащей правовой оценки утвержденным по делу фактическим данным о том, что он причинил А.С. душевные страдания, особенно посредством таких действий, которые у нее  вызвали страх, он длительное время лишил женщину возможности есть, не обращая внимания на то, что она очень голодна, регулярно держал женщину в атмосфере страха, постоянно следя за ее поведением, угрожал потерпевшей, что будет прибегать к насилию, если она обратится в правоохранительные органы, и постоянно применял в отношении нее физическую силу. Сочетание подобных деяний, по мнению Кассационного суда РА по сущности может быть охарактеризовано как бесчеловечное обращение и подлежит квалификации как проявление отдельной жестокости.

 

Кроме того, Кассационный суд выразил правовую позицию о том, что материальная зависимость потерпевшего от преступника имеется не только в том случае, когда потерпевший с финансовой точки зрения напрямую зависит от преступника, но и когда значительная часть материальной помощи или доходов, предназначенная для жертвы, управляется преступником, и последний лишает потерпевшего возможности использовать их добровольно, как это было в данном случае.

 

Основываясь на указанные обоснования Кассационный суд частично удовлетворил кассационную жалобу заместителя генерального прокурора РА, по ч. 1 ст. 119 УК РА отменил постановление Апелляционного уголовного суда РА и направил дело в Апелляционный суд для нового расследования.