Отклик-разъяснение

июнь 24, 2021

После возбуждения уголовного дела относительно кандидата в депутаты блока «Айастан», директора медицинского центра «Измирлян» - А. Чарчяна и вынесения постановления суда относительно избрания заключения под стражу в качестве меры пресечения в отношении него, весь этот период как его защитники, так и блок настойчиво пытались принудить общество ложную повестку дня по осуществлению политического преследования в отношении А. Чарчяна. Для этого используются как односторонние публичные комментарии его защитников, так и политические заявления, не имеющие ничего общего с законностью.

 

Исходя из этого Прокуратура считает необходимым ответить на некоторые безосновательные обвинения, направленные на введение общественности в заблуждение в этот период.

 

1.  Во-первых, распространенные, различные утверждения СМИ о возбуждении уголовного дела на основании анонимного сообщения не соответствуют действительности.  В ССС РА уголовное дело возбуждено согласно ст. 176 УПК РА, на основании достаточных оснований, приобретенных в ходе подготовки материалов. Уголовное дело было возбуждено на основании выявления органом, осуществляющим производство данных, свидетельствующих о преступлении в ходе осуществления своих полномочий. Более того в указанный день с поручением подготовки материалов указанная публикация была направлена органу, осуществляющему производство, которая имеется в материалах уголовного дела.


2.  Сторона защиты пыталась сформировать общественное мнение о том, что существующая запись является фальшивкой. 19.06.2021г. адвокат А. Чарчяна написал на своей странице в Facebook и отметил в ходе брифинга для журналистов, что его подзащитный не принимает содержание записи, явно искажая суть разъяснения прокуратуры. Тем временем как в ходе судебного заседания относительно избрания меры пресечения сторона защиты опубликовала видео где наличествует содержание записи и приняла, что говорящим является А. Чарчян.


3.  Тем не менее, учитывая, что указанное видео было опубликовано посредством СМИ после возбуждения уголовного дела было поручено установить достоверность видео.


4.  Считаем необходимым разъяснить, что полномочия прокуратуры в отношении предварительного заключения не носят дискреционного характера. Они регулируются правовыми нормами УПК РА относительно оснований и условий избрания мер пресечения. Руководясь нормами, прокурор, осуществляющий надзор в отношении законности предварительного следствия по уголовному делу, рассмотрев ходатайство адвоката относительно отмены меры пресечения в отношении А. Чарчяна отказал в ходатайстве, и решение об отказе направлено адвокатам. 


5.  Суждения об отмене прокурором меры пресечения заключения под стражу в отношении обвиняемого из-за болезни не имеют правового и логического основания. Во первых А. Чарчян на данным момент находится в избранной им гражданской больнице под наблюдением врачей.

 

Во-вторых для разрешения вопроса по освобождению от предварительного заключения под стражу из-за болезни законодательством РА, имеется четкий порядок:

 

По ч. 3.2 ст. 151 УПК РА прокурор имеет право относительно изменения или отмены меры пресечения в качестве заключения под стражу в отношении обвиняемого, при наличии серьезного заболевания, препятствующего заключению под стражу, и такое заключение должно быть составлено соответствующей медицинской комиссией. Кроме того, перечень серьезных заболеваний, воспрепятствующих заключению под стражу, определяется постановлением правительства Республики Армения.

 

Тем не менее, в случае предоставления стороной защиты или приобретения в ходе осуществляющего по уголовному делу следствия данных о наличии указанной у А. Чарчяна болезни, немедленно будет назначена экспертиза, и на основании заключения экспертизы уголовно-процессуальным законом будет разрешен вопрос об отмене избранного в отношении последнего в качестве меры пресечения заключения под стражу.

 

В конце считаем необходимым отметить, что никаким действием Прокуратуры не была и не будет поставлена под сомнение профессиональная репутация А. Чарчяна. Однако интерес правосудия не может подчинятся достоинству какого-либо человека или интересу группы.